Игорь Наконечный: «Учить и учиться»

Игорь Наконечный: «Учить и учиться»

Жизнь Игоря Наконечного однажды переплелась с «Черноморцем», и с тех пор воспитанник киевского футбола неотделим от Одессы и главной команды города.

— Игорь Анатольевич, расскажите о начале вашего футбольного пути.

— Начинал я в школе «Восход» киевского района Дарница, где родился. Потом Борис Норман отдал меня в школу «Динамо», потому что увидел во мне перспективу. Прозанимался там пару лет. Я рос без отца, и мать решила отдать меня в спортивный интернат. После него меня брали в дублирующий состав «Динамо», но я получил тяжелую травму и из-за перелома ноги на год выбыл из строя. Поступил в институт, а потом рекомендовали Йожефу Сабо в киевский СКА. По положению в командах второй лиги тогда должны были играть два человека до 18 лет и мы с Виктором Догадайло занимали эту нишу.

После СКА у меня было много предложений, звали и в «Спартак», и в «Металлист», в другие команды, в том числе и в «Черноморец». Семен Альтман уговорил меня перейти именно в одесскую команду.

— Помните, как вас приняли в Одессе?

— Я помню, что был разговор с Виктором Прокопенко, но вот его содержание только в общих чертах. Виктор Евгеньевич пообещал, что буду играть, сказал, чтобы я старался. Я помню, что спросил, видел ли он мою игру, потому что меня просматривал Альтман.

Первый сезон в «Черноморце» у меня частично не получился. Сыграл половину чемпионата, но выходил на поле периодически. Не сразу я влился в новый коллектив, да и повышение в классе сказывалось, все же были свои нюансы и отличия у первой и высшей лиг. Футбол в высшей лиге был значительно быстрее и к нему нужно было приноровиться. В следующем сезоне я уже был полноправным игроком основы.

У нас был хороший сплав

— «Черноморец» в те годы быстро прогрессировал и 84-м занял четвертое место. В чем секрет той команды середины 80-х?

— Во-первых, неплохой тандем тренеров, во-вторых, город и его партийное руководство были очень заинтересованы в успехах команды. Ну, а в-третьих — весьма неплохой подбор игроков, селекция была хорошей. Например, я начал играть в 83-м, провел несколько игр, мое место занял другой футболист. В составе было не 12−13 человек, а, допустим, 20, а может и больше. И Пасулько одно время не играл, и Горячев был травмирован, но их было кому заменить. У нас был хороший сплав: опытные игроки Лещук, Плоскина, Ищак, футболисты среднего возраста и молодые, в число которых тогда входил и я. Потом в команде был отличный климат — это была заслуга тренеров. Ну и конечно, игроки хотели многое доказать, присутствовала отличная мотивация.

— Перед матчами с «Вердером» и «Реалом» не было страха, какой-то неуверенности в себе?

— Не хочу сказать, что не было страха, конечно, команды такого уровня… Впрочем, скорее, было какое-то волнение. Обычно готовились, вышли, может, первые минуты чувствовали себя не в своей тарелке. Потом уже волнение пропадает.

Это уже история «Черноморца». Приятно было встречаться не просто с командами нашего уровня, а европейскими грандами, клубами, которые уже зарекомендовали себя на самом высоком уровне. До сих пор помнишь все моменты тех игр, такое не повторяется. После развала Союза и соцлагеря многое стало другим, сейчас больше возможностей и для общения, и для встреч на сборах, все это нивелируется. Тогда такие игры были чем-то на грани фантастики. Сейчас другая мотивация, да и футбол стал немного другим. Даже у детей другие настроения и мотивация, их нужно заинтересовывать по-другому, искать какие-то методы. Мы пытаемся объяснять, что футбол — это не только красота, но и большой и нелегкий труд. Но часто бывает — чуть тяжело, дети заканчивают, думают, лучше пойдем на компьютере поиграем. Сейчас нужны новые рычаги. Чем было легче в СССР? Детей не нужно было заставлять, главное — отвернуть их от улицы, а дальше мотивации всем хватало.

Видел, что есть ребята помоложе

— После удачных сезонов пришел кризис, приведший к вылету в первую лигу. Что было главной причиной неудач?

— Трудно судить и анализировать ту ситуацию. Наверное, все-таки была самоуспокоенность ребят после еврокубков. Мы и в 85-м еле сохранили место в высшей лиге. Юра Роменский ушел — а он был для нас, как полкоманды. Витя Гришко пришел и на европейском уровне проявил себя хорошо, но в чемпионате СССР играл чуть хуже, еще не был так уверен в себе. Ну, а главное, в команде пошел определенный развал, обстановочка была не очень хорошей. От нас, от футболистов в конечном итоге все зависело.

— Вместе с «Черноморцем» вы вернулись в высшую лигу, но чуть позже все-таки покинули Одессу…

— Я видел, что есть ребята помоложе (мне уже было 29 лет) и я решил уйти. Провел несколько матчей, но понял, что я уже не игрок основного состава. Поговорил с Виктором Евгеньевичем, раз, другой, потом он сказал: «Раз решил, езжай».

В шепетовке команды просто убивали

В Запорожье я провел неплохой период. Не говорю о финансовой стороне, хотя с этим там все было в порядке, в те годы материальные условия в Одессе были хуже, чем в таких городах, как Запорожье. Я играл основную роль в «Металлурге» и мы вышли в высшую лигу, где успели отыграть последний чемпионат СССР, были в десятке, побеждали «Спартак» и «Динамо». Наша команда была собрана в основном из ветеранов советского футбола, бывших футболистов «Днепра», «Металлиста», и мы очень неплохо выступали.

После каждой игры я уезжал домой к семье в Одессу. День-два в Запорожье и домой. Все время на машине, из-за этого и в аварию попадал. Потом СССР развалился и меня позвал Сергей Жарков в СК «Одесса». Можно было поиграть еще в высшей украинской лиге, но, если честно, после чемпионата Союза долго приходилось перестраиваться, не мог понять, как играли в «вышке» клубы Шепетовки или Тернополя. Когда туда приезжала команда и ее просто убивали в плане судейства. Не было никакого настроя здесь играть. Мне понадобилось определенное время, я вернулся в Одессу, потом уехал играть в Исландию и только потом вернулся в Запорожье и доигрывал.

— Ваш исландский период в карьере выглядит достаточно экзотично для наших болельщиков…

— Мне предложил туда поехать Слава Лещук. В СК «Одесса» наступили трудные времена, первый круг отыграли неплохо, а потом без денег сидели. Собственно, у всех людей бывшего постсоветского пространства тогда были не очень легкие времена. Предложили поехать в Исландию, там были неплохие социальные условия, да и вообще интересно, есть на что посмотреть. А футбол там довольно-таки нормальный, они любят английский стиль с обилием борьбы, поэтому нельзя сказать, что я попал в легкий чемпионат, мне было тяжеловато. Наша команда вылетела и продолжения исландской карьеры не вышло, получается, провел там полгода.

Все команды вспоминаешь

— Какой период вашей тренерской карьеры назовете самым удачным, что вам приятно вспомнить?

— В принципе все команды вспоминаешь, даже когда мы с Серегой Жарковым были играющими тренерами в СК «Одесса», там тоже хороший коллектив был. И потом, работая в этой команде, мы даже «Черноморец» выбивали из Кубка Украины. Это был начальный период тренерской карьеры. Потом большой толчок дала работа в «СКА-Лотто», там тоже был собран неплохой коллектив, было много хорошей молодежи. Во второй лиге, помню, до конца бились с херсонцами. Потом команда распалась, меня с группой игроков пригласили в «Черноморец». В этой команде я, конечно, многому научился, вообще, на каждом этапе есть возможность учиться, повышать свой тренерский уровень.

Отдельный этап — работа в Молдове. Это был шаг к работе на более высоком уровне. Европейские кубки, Кубок Интертото, Лига чемпионов. Последняя работа была в Азербайджане — там были созданы хорошие условия для тренерской деятельности, не мешали работать, и были определенные успехи, наша команда даже боролась до последнего за чемпионство, шла в лидерах, но закончила на 5-м месте, а в финале Кубка мы проиграли чемпиону, команде «Хазар». На том уровне это можно считать успехом.

Сейчас работаю в школе «Черноморца», здесь тоже есть моменты, на которых можно учиться. В детском футболе не так просто работать, нужно знать нюансы этого дела.