Олег Кошелюк:

Олег Кошелюк:

Достойным представителем яркой плеяды футболистов, оказавшихся в «Черноморце» на рубеже 80-х и 90-х годов, был полузащитник Олег Кошелюк. Креативный хавбек провел лишь несколько сезонов (правда, запоминающихся) в составе нашей команды, а потом начал странствовать по футбольному белу-свету, как и многие его товарищи по «Черноморцу».

— Со второго класса начал заниматься футболом, — рассказывает Олег, — Все как у всех, соревнования «Кожаный мяч», детско-юношеская спортивная школа, потом спецкласс при главной команде города — «Колос» (Павлоград). Ну, а уже с 15 лет играл за команду мастеров.

Мама не возражала против того, чтобы я стал футболистом. Так что, с самого начала был настроен исключительно на футбол. Когда оказался в «Днепре», поступил в институт, но так его и не закончил. Пошел в армию, то есть, в одесский СКА, ездить на сессии времени не было, так и забросил это дело.

— «Днепр» тогда был мощной силой в советском футболе, дважды становился чемпионом. Без сожалений уходили в СКА? Или от службы в армии уйти было невозможно?

— Может быть, днепропетровцы и могли меня освободить от этой повинности, но тогда ходили слухи, что со следующего призыва служить надо будет 3 года, я позвонил Пете Чилиби в Одессу и он сказал, чтобы я приезжал. «Днепр» меня искал некоторое время, ну, а потом они узнали, что я уже военнослужащий. В принципе, я оказался не в своем округе, на меня претендовал СКА (Киев), но мне больше нравилась Одесса, где уже играли мои друзья.

— Вы вернулись во вторую лигу, в которой достаточно поиграли еще в Павлограде. Но, судя по результатам, уже окрепнувшим и возмужавшим…

— Да, мне уже было 20 лет. В одесском СКА я прошел хорошую школу, много матчей, суровые бои. У нас подобрался хороший коллектив, свидетельством чему является тот факт, что человек 6−7 из той плеяды потом попали в «Черноморец». Были хорошие тренеры, некоторое время с нами работал Александр Тарханов. И играли мы тогда совсем неплохо.

— У руководства «Черноморца» вы были на виду…

— Не знаю, был ли я на виду, в принципе, после армии я собирался возвращаться в «Днепр», уже была на этот счет предварительная договоренность. Собрал вещи и на следующий день должен был уезжать, но поздно вечером ко мне пришли Владимир Плоскина и Владимир Ахабадзе и уговорили остаться в Одессе. Так я стал футболистом «Черноморца».

— Скачок в высшую лигу перенесли нормально?

— Показалось, что в «вышке» было даже полегче. Меньше беготни, больше мысли. По крайней мере, мне такой футбол всегда нравился больше.

— Помните первый матч в составе команды «моряков»?

— Кажется, это было в Душанбе. Мы начинали сезон матчами в Средней Азии, сначала сыграли в Ташкенте с «Пахтакором», а потом с «Памиром». В той игре я вышел на второй тайм. А первый мяч забил запорожскому «Металлургу» уже в апреле. Мы выиграли со счетом 3:0 и все три мяча были забиты в течение нескольких минут второго тайма. В целом, тот сезон я провел довольно результативно, забил голов шесть. Играл под нападающими и довольно хорошо вписался в коллектив.

— Для «Черноморца» последний советский сезон тоже сложился удачно…

— Да, мы тогда заняли четвертое место, при этом набрали столько же очков, сколько и бронзовое «Торпедо», по личным встречам имели преимущество, но у москвичи опередили нас по разности мячей. У нас был хороший состав, мы здорово шли по турнирной дистанции, помню, была серия из 17 игр без поражений. Жалко, конечно, что не заняли третье место.

— А уже на следующий год вам довелось играть в значительно уступающем по уровню турнире…

— Чемпионат Украины в те годы, конечно, не впечатлял. Не хватало команд приличного уровня, в высшем дивизионе оказались коллективы из первой и второй лиг. Поэтому чемпионат получился не очень сильным, а тот, самый первый, еще и был очень скоротечным, команды соревновались в двух группах. Игр было мало, а итоги того первенства можно считать не совсем справедливыми. Но зато мы первыми выиграли Кубок Украины, в финале превзошли харьковский «Металлист».

— В то смутное время «Черноморец» достаточно регулярно играл в еврокубках. Вспоминаются матчи против греческого «Олимпиакоса», с которым все так хорошо начиналось — на выезде победа со счетом 1:0, а закончилось домашним разгромом — 0:3. Почему так получилось?

— На выезде мы просто удачно сыграли. Быстро забили, а потом действовали от обороны, тянули время и через не могу старались добиться положительного результата. Получился удачный счет. Нам еще повезло, что в одном эпизоде после падения в нашей штрафной судья не дал пенальти, не отреагировал на нарушение, хотя другой арбитр, возможно, и назначил бы 11-метровый. Что касается ответного матча, даже не знаю, Олег Блохин очень хорошо настроил своих подопечных, а нам, может быть, стоило построить игру на глухой обороне. Но «Олимпиакос» был сильной командой, поэтому не так просто было играть с ними на нулевую ничью. Тогда они, если не ошибаюсь, пройдя нас, дошли до полуфинала.

— Вы задержались в чемпионате Украины на целых три сезона, в то время как из отечественного футбола наблюдался массовый исход кадров…

— Я должен был уехать в Бельгию, меня звали в льежский «Стандарт». Но что-то с визой не получилось, поэтому я отыграл целый сезон, а затем мне совершенно неожиданно сказали: «Завтра, после игры с „Днепром“, ты уезжаешь в Израиль». И я поехал в иерусалимский «Бейтар».

В Израиле в тот период было много наших футболистов. Я, например, играл в одной команде с Сережей Третьяком, поехали туда Телесненко, Гусев, и многие другие. Практически в каждой команде было по 2−3 выходца из бывшего Советского Союза. Мы общались друг с другом, часто встречались, так как страна маленькая, расстояния там небольшие, все рядом.

— Чем отличался израильский футбол от нашего?

— Тогда он был более техничным, но в физическом плане игроки были развиты очень слабо. Это сейчас они подтянули эти параметры, поднялись на новый уровень, а тогда с физикой были большие проблемы. Уже минуте на 10-й их футболисты не бегали, а стояли, поэтому бегать заставляли только нас (улыбается), чтобы мы компенсировали этот недостаток. Они были несколько медлительные и не любили двигаться без мяча, выполнять рутинную работу.

— Успехи нынешнего израильского футбола можно объяснить тем вкладом наших легионеров?

— Думаю, во многом это так, наши футболисты помогли поднять израильский чемпионат на новый уровень, привнесли в него много нового, а сейчас, как можно видеть, там почти нет игроков с постсоветского пространства, только более именитые легионеры.

— В Израиле вы сменили четыре команды…

— Да, но самым удачным для меня был период в «Бейтаре», там я тоже играл под нападающими и прилично забивал. В Иерусалиме тогда подобралась хорошая команда, человек 7−8 были из сборной Израиля, поэтому было приятно играть.

— После нескольких сезонов вы попали в Москву…

— У меня еще не закончился контракт с моим последним израильским клубом, «Хапоэлем» (Бейт-Шеан), но меня пригласил в Москву Александр Тарханов, с которым я работал еще в одесском СКА. Мой трансфер выкупили, и я оказался в команде «Торпедо-Лужники». Тогда это был достаточно амбициозный клуб с большим количеством легионеров, да и вообще, подобрался хороший коллектив. Некоторое время мы шли очень удачно в чемпионате, практически не проигрывая, а потом поехали на матч с «Зенитом» в Питер. В первом тайме вели 2:0, но минут за 15 до конца как-то расслабились и проиграли со счетом 2:3. Если бы выиграли тот матч, оказались бы на первом месте, но не сложилось, и после такого обидного поражения что-то в нас надломилось, мы упали духом, не было уже такой решимости, и начался постепенный спуск команды в турнирной таблице.

— Вы недолго продержались в «Торпедо», с чем это связано?

— У меня возникли трения с руководством клуба, поэтому лучше было уйти из команды.

— В Москву вы поехали к Тарханову, а вариант с мариупольским «Металлургом» был как-то связан с Игорем Белановым?

— Да, благодаря ему на второй круг чемпионата меня взяли в Мариуполь в аренду. Я пришел уже после скандала с тренером Погребняком, когда наставником команды был Николай Павлов. В Мариуполе я тоже задержался ненадолго, моя аренда кончилась, и опять через Москву я попал в «Металлург» из Красноярска, который тренировал Иштван Секеч. Красноярцы выкупили мой контракт, и я задержался там на три года.

— Российская первая лига — тяжелое соревнование?

— Было очень непросто, постоянные перелеты по 10−13 часов, разница во времени, акклиматизация. Кроме того, не самое лучшее состояние полей весной, хотя под конец чемпионата, то есть, после лета, они приходили в нормальное состояние.

— Не холодно было в Красноярске?

— Зимой температура там достигала минус 50 градусов, но нас практически не было там в этот период, в основном улетали в теплые края, где и проводили сборы. В целом, у меня остались только положительные впечатления от этих лет в «Металлурге». Скажу, не кривя душой, что мне там понравилось — и город хороший, и база вполне достойная, и спонсоры были нормальные, в частности, Красноярский алюминиевый завод, так что жаловаться не на что.

— Следующим этапом вашей игровой карьеры стал ФК «Черкассы» и этот переход, видимо, был связан с еще одним бывшим футболистом «Черноморца» — Александром Щербаковым…

— Да, конечно, я пошел к нему. Там я, можно сказать, доигрывал. Правда, не могу сказать, что мне было тяжело, несмотря на не самый молодой возраст, все было нормально. Я, как и раньше, действовал в полузащите под нападающими. Команда была хорошая, все было на уровне, и еще три неполных сезона во второй лиге я отыграл.

— Оглядываясь на вашу карьеру, какой назовете самый удачный матч и гол?

— Больше всего мне запомнилась встреча в составе «Черноморца» с запорожским «Металлургом», которую мы проводили на их поле. Мы проигрывали этот матч со счетом 0:2, но в результате выиграли 3:2, а победный мяч я забил прямо в девятку на последних минутах, этот гол один из моих любимых. Еще был памятный матч за «Торпедо», когда мы обыграли московский «Спартак», который тогда был в очень хорошей форме, со счетом 1:0. Это то, что больше всего отложилось в памяти.

— Ветераны 60-х, 70-х много говорят о том, как изменился футбол. А насколько современный футбол отличается от достаточно близких 80-х и 90-х годов?

— Он стал более скоростным, и в то же время техничным. Раньше футбол был более жестким, да и мы как-то были физически здоровей. Может, дело в экологии, но сейчас смотришь на этих молодых ребят — немножко побегают, и уже нет сил, чуть ударят, и уже травма на месяц. У нас такого не было, помню, в СКА травмой считался только перелом черепа. Мы ходить не могли, перевязывали голеностоп, но выходили и играли.

— Это не отражалось на здоровье?

— Тогда нет, но может, в ближайшем будущем начнет сказываться, хотя, надеюсь, что нет.

— Почти все игроки киевского «Динамо» 80-х не играли особенно долго, закончили, как только перешли за 30-летний рубеж…

— Но на них тогда оказывались очень большое давление, игры за клуб, сборную, кроме того, Лобановский действительно давал очень серьезные физические нагрузки, не каждый мог их выдержать.

— По игре «Черноморец» 80-х был очень веселой командой, можете вы вспомнить какие-то смешные истории?

— Так сразу и не вспомнишь, могу только сказать, что у нас был очень дружный коллектив, а после игр мы любили посидеть, пообщаться, ну и веселья, конечно, было много.

— Что вы думаете о современном «Черноморце»?

— На стадион я хожу редко, а по телевизору смотрю почти все матчи. Даже не знаю, что сказать, вроде и моментов много, играют ребята временами в неплохой футбол, а необходимого результата нет. Не знаю, почему так.

— Чем вы занимаетесь сейчас?

— Сейчас я играю за «Реал-фарм» на первенство города и выступаю за ветеранов. В тренерской деятельности, если честно, пока что себя не вижу. Скоро у меня начнутся игры, по несколько матчей в неделю, в общем, будет, чем заняться. Так что, пока я не задумываюсь о будущем.